Социолог Роман Чупин о реформе в ОмГУ, рабочем классе, работе с BIG DATA и котиках в научном докладе

Дата публикации: 10.08.2022

Мы продолжаем нашу рубрику «Гумпросвет», в которой говорим с омскими учёными о гуманитарных и социальных исследованиях. Сегодня нашим гостем стал кандидат социологических наук Роман Чупин. 

Напоминаем, что у нас есть классные подборки об учёных-гуманитариях, технарях и естественниках, а если вы подпишитесь на наш телеграм-канал, то найдете ещё больше интересных материалов.

Время прочтения ≈ 11 минут

Роман Чупин

Как ты стал социологом?

— По первому образованию я инженер-пищевик, специальность «пищевая промышленность и общественное питание». В 2007 году я учился на 3-м курсе, мой научный руководитель Максим Александрович Шадрин (сейчас возглавляет кафедру биотехнологии в ОмГТУ) всучил мне толстую пачку анкет и сказал: «Департамент образования хочет узнать отношение школьников к питанию в школьных столовых». 

Я не хотел учить химию и знал, что Максим Александрович может мне помочь с этой проблемой, если я этот анкетный опрос проведу. Я быстро среагировал, поехал, ходил по классам, там дети разного возраста. Я их опрашивал, все анкеты собрал. Безумно устал, и я тогда понял, что опрашивать людей – это реально сложно. Если для нас очевидно, где надо галочки в анкете расставлять, то объяснить это третьекласснику — сложная задача. Благо были школьные учителя, которые мне помогли и объяснили детям на привычном им языке 

Стою я потом с этими анкетами в руках, подходит ко мне пацан, молоденький такой, показывает булочку из школьной столовой и спрашивает: «Дядя, а почему так невкусно?» Я ему отвечаю: «Не знаю, парень». Он говорит: «А почему? Я думал, что вы нам поможете». 

В этот момент я понял, что пришёл не просто опросить людей, что моя зона ответственности гораздо шире, этот парень меня реально тронул. Я думаю, что он уже подрос, учится уже в университете. Из-за него я стал социологом

Я начал этой проблемой заниматься. Сначала подошёл к вопросу как инженер. У меня дипломный проект был на тему реорганизации школьной столовой. Мы поставили мармиты, придумали холодильную систему, разработали технологические карты и новое меню. 

Но почему-то мы разработали много, а поставили только мармиты. И тогда я понял, что проблема не только в инженерных вопросах и модернизации оборудования. Есть ещё какие-то аспекты, которые мешают взять и сразу сделать так, чтобы всё работало

Я сначала подумал, что это экономика. Видимо, денег нет и надо пойти получить экономическое образование. Поэтому моё второе образование было экономическим, по специальности «Государственное и муниципальное управление». Я не только хотел знать экономику, я хотел её воплотить в жизнь и домодернизировать эту школу. Когда начал заниматься экономикой, то понял, что проблема тоже не в ней. 

И тогда я нашёл решение, поняв, что моё инженерное видение проблемы и экономическое — это разные проекции науки в одной и той же ситуации 

Моя учительница, основательница кафедры социологии ОмГУ Ирина Анатольевна Огородникова, говорила, что социология — это возможность посмотреть на общество, как на стакан, т.е. с разных сторон. Экономика, технология — это лишь одно из экспертных мнений. Мнение пацана, который говорит: «Дядя, еда невкусная», — это тоже одно из мнений. Мнения его родителей, мнения врачей и т.д. И лишь аккумулировав все эти мнения, я ответил на вопрос тому пацану, что качество его еды — это социальный конвент. И то, что его еда невкусная, — результат того, что общество и разные социальные группы не могут договориться между собой. 

Чиновники муниципальные, региональные, федеральные, бюджетники, которые этой школой управляют, родители, дети, поставщики продуктов, производители этой еды. Они все не могут договориться между собой, и в итоге пацан получает невкусную булку. Вот так я стал социологом

В социологии много направлений, какая у тебя специализация? 

— Кандидатская у меня связана с едой, но это старая история, я с этим немного подзавязал. Еда у меня осталась, но её доля сократилась. Социология — это фундаментальная история, как математика

Например, человек идёт учиться на математика, кем он станет? Математиком? Он будет математиком работать? Нет, он получает фундаментальное образование, на которое он может намотать профессию. Социология — это тоже самое 

Я сейчас занимаюсь наукой, и причём это не только социологическая наука, это экономическая наука, экономическая социология и демография. Математик тоже может заниматься демографией, он может строить модели, производить расчёты. Но социолог ищет социальные факты и в итоге делает социальные выводы. Преподаю я тоже как социолог. Я постоянно опрашиваю своих студентов, провожу качественные исследования, интервью, смотрю как они в группы определяются, какие артефакты вырабатывают, какие институты на них действуют. 

Хочу рассказать историю, как работает социология сейчас, а не в те годы, когда пацан с булкой был. Последнюю неделю я провёл на заводе, решал задачу, связанную с проблемой импортозамещения запчастей, общался с рабочими. 

К слову, последняя монография Ирины Анатольевны Огородниковой была посвящена именно имиджу рабочих. Они с командой проводили очень много исследований на фабриках, предприятиях, опрашивали рабочих, и в итоге выявили, кто такой рабочий класс

Так вот, мой коллега по ОмГУ профессор Павел Леонидович Зайцев как-то сказал, что рабочего класса уже нет. Потому что по телевизору говорят, что нет фабрик, а значит нет и рабочих. Но после того, как я поработал на заводе, сказал, что он не прав. Почему? 

Потому что есть социологический объект. Например, я иду по заводу и слышу: «Петрович, иди сюда, писюн привари!». Что сказал этот рабочий? У них свой дискурс, своя социальная реальность. 

После недели на заводе рабочие мне краба пожали. И после этого рукопожатия я понял, что рабочий класс есть, и сейчас он будет развиваться

Есть мнение, что социология в России умирает. Что скажешь на этот счёт? 

— Да, говорят, что люди не хотят отвечать на опросы по тем или иным причинам. Есть вопросы к социологическим исследованиям, которые проводят. Но я бы хотел пояснить кое-что. На самом деле социология была создана именно в современной России. Почему? Потому что были разрушены связи. Раньше, условно, были институты гражданского общества и люди там сидели, а потом связи стали рушиться. Ушли СМИ и тому подобное. После этого группы стали очень локальными, не размытыми, гомогенными, т.е. однородными. И теперь я как социолог могу побыть в одной социальной группе, а затем выйти и зайти в другую. 

Мне теперь не надо брать большую совокупность людей, абсолютно разнородную, и опрашивать её. Не нужно из неё выявлять группы, ведь они уже выявлены, и на этом строится социология. Поэтому социология именно сейчас создана, хотя многие и говорят, что она мертва

А как быть с социальными опросами и доверием к ним? 

— Большая часть социальных опросов, которые публикуются, проводятся очень квалифицированными людьми. Многие из них выпускники омской школы. Например, директор Фонда общественного мнения Лариса Паутова начинала с ОмГУ. 

Социологи проходят очень жёсткую школу. Нас готовят как математиков, то есть дают нагоняйки, заставляют в поле бегать, потому что социологом в кабинете не стать, надо с группами непосредственно общаться

После общения с рабочими группами нужно выстраивать мидл-теории, делать выводы, выявлять типовые различия. Множество этих средних теорий, которые описывают разные группы, нужно объединять в большие теории, которые будут описывать общество. То есть социолог исходит снизу. И это требует очень серьёзной подготовки, это большая ответственность. Мало ли – ты ошибёшься, а твои выводы потом будут оказывать влияние на общество.

Как ты оказался на кафедре социологии в ОмГУ?

— После получения инженерно-технического образования я учился на экономическом факультете ОмГУ. В 2011 году мне предложили пойти в магистратуру туда же. Пока готовился к поступлению, поехали с друзьями на форум «Ритм»

Мяско купили, закуски, соки. Тогда ещё на своих машинах можно было приезжать. Добрались до места, выгружаем сумки, ищем себе место, где будем замечательно проводить неделю. В этот момент приходит Марк Петрович Гринберг (один из наставников форума). А он грамотный социальный инженер. Сразу подёргал социальные рычажки и мои пацаны, с которыми я хотел всю неделю жарить шашлыки, знакомиться с девушками, на дискотеку ходить, все они вдруг стали активистами, их в футболки разных цветов разодели, и они давай марши шагать

Я им говорю: «Парни, вы что делаете? У меня же сумки». А они говорят: «Да какие сумки, мы тут родину спасать приехали!». В итоге вакуум заполнился другими ребятами, а мои товарищи сгинули в комсомол, собирать макулатуру. 

Я не помню, как я домой добирался с форума, но дома я проснулся от звонка, взял трубку, выпил минералки и в этот момент мне говорят: «Роман Игоревич, это Ирина Анатольевна Огородникова, заведующая кафедрой социологии. Я зову Вас поступать к нам в магистратуру». Я проспался, поехал в университет, переписал заявление. На экзамене первый вопрос был про «Капитал» Карла Маркса, а я его на экономе читал, конспекты делал. Сажусь и начинаю рассказывать, что ветряная мельница — феодальное общество, а механическая — капиталистическое. Меня Ирина Анатольевна слушает, глаза горят. Вышел из аудитории, а завкафедрой за мной и говорит: «То есть ты думаешь ты Маркса знаешь, да? А письма ты его читал? А комментарии?». Я говорю: «Я конспект писал». А она: «А как ты писал? Неправильно ты его писал, надо было так писать!». И я подумал в тот момент: «Вот это женщина!». 

Я очень уважаю силу, ум и то, что делает учёного учёным. Это непреодолимое любопытство. Ирина Анатольевна воплощала все эти качества, она до последнего не сдавалась, и возраст ей вообще был не помеха, она студентам фору давала

В итоге я получил максимальный балл. На следующий день я пошёл в приёмную комиссию менять приоритет с экономического на социологию. Мне говорят: «Как? Вы же не знаете свои результаты, а эконом — это престиж». Я говорю, что у меня уже есть экономическое образование. Приносят конверт с результатами по эконому, открывают, говорят: «Вы поступили на экономический факультет второй раз». Я говорю: «Нет, меняйте на социологию». Заставил примную комиссию поменять приоритет. Вот так я попал на социологию. 

На социологии у меня был тот же научный руководитель — Олег Михайлович Рой, профессор, доктор социологических наук, первый социолог в Омске получивший учёную степень, серьёзный 

И какое впечатление у тебя было от кафедры? 

— Ирина Анатольевна построила сильную кафедру. Выпускницы Мария Озерова, Ксения Павленко, Ангелина Геринг уехали в Москву, в ВШЭ, в Фонд общественного мнения. 

Ангелина Геринг — дочь ректора Геннадия Ивановича Геринга, возглавлявшего ОмГУ с 1996 по 2009 годы. И, наверное, дочь такой сильный ректор, как Геринг, куда попало бы не отдал. Всё работало как часы. Ирина Анатольевна делала из нас социологов. 

Я помню, что каждую неделю мне задавали только один вопрос: «Где тут социология?» Я что-нибудь сделаю, а мне говорят, что это не социология, а экономика. Я вопрошал: «А что такое социология?» А мне говорили: «Легко ты хочешь отделаться, мальчик, иди учи!»

Это было похоже на буддистский монастырь где каждый раз тебе говорят, что всё неправильно, а что именно неправильно не говорят. Вот и мне говорили, что все мои труды — не социология, а что такое социология, никто не говорил. Что это такое, я понял только когда защитил диссертацию по социологии.

Когда я пришёл, кафедра была на историческом факультете. Так сложилось, потому что она вылезла из шинели кафедры научного коммунизма, потом была кафедра социологии и политологии, которую возглавлял Алексей Владимирович Бутаков. При Алексее Валерьевиче Якубе были опасения, что кафедру могут присоединить обратно к политологии, у тогдашней завкафедры политологии Инны Александровны Ветренко была потребность в социологах-полевиках. 

Одним из решений был перевод кафедры на факультет компьютерных наук. Александр Константинович Гуц, один из самых сильных деканов, который уже уволился, к сожалению, подумал и тоже такой вариант предложил. Решение о присоединении Ирина Анатольевна не единолично принимала, это было наше общее решение. Проголосовали единогласно

Александр Константинович обещал сохранить и обогатить кафедру. Социология тесно связана с анализом данных, для поступления нужны профильная математика, русский язык и обществознание. Больше никуда такие ЕГЭ в такой триаде не требуются. В социологии много статистики, теории вероятностей, анализа данных. 

После Ирина Анатольевна стала искать преемника, но не нашла, и кафедру передали Владимиру Григорьевичу Вольвачу. Он меня позвал на серьезную нагрузку, почти 10 дисциплин. Но потом мы как-то взглядами не сошлись, и я перекочевал на экономический факультет

Как относишься к реформам, которые идут в ОмГУ?

Сергей Владимирович Замятин инициировал трансформацию. Трансформацию комплексную, изменяющую не просто структуру, но и механизмы, которые внутри этой структуры. Ректор — технарь, и я чётко понимаю, что он делает. Это многоуровневая трансформация, параллельно меняется учебный процесс, например, поменяли расписание. ОмГУ был единственным университетом, где первая пара начиналась в 8 часов. Даже не представляете, какое для меня было внутреннее испытание ехать на пары к 8-ми утра. В целом он сдвинул это расписание. 

Создали IT-акселератор и проектную практику во всём университете. Там теперь экономисты с айтишниками, математиками, социологами проходят одну общую практику, где они делают проекты и могут после акселератора пойти дальше. Политех это давно уже всё делает, ОмГУ только начал

И, конечно, изменилась организационная структура. Я уже писал статью, в которой говорил, что студенты от этого выиграют. Когда Владимир Григорьевич руководил кафедрой на ФКН, то выбор научных руководителей состоял из 3-5 человек. Студент хочет исследовать семьи, а ему говорят исследовать средний класс, потому что на кафедре никому не интересны семьи. А когда в вузе большая кафедра, то такого не будет.

В этом плане Сергей Владимирович правильно всё делает, он создает большие кафедры, которые будут привлекательны

А что говорят на этот счёт коллеги? 

— Я со всеми пообщался, потому что мне одного мнения не хватает, хотелось получить репрезентативность выборки. Внутри разные взгляды. 

Социология — это тоже сообщество, которое разбросано. На экономическом факультете два доктора социологических наук, два кандидата, в политехе один кандидат. Если нас всех собрать, это будет семь-восемь остепененных социологов, а это очень сильно для Омска.

Я поговорил с коллегами. Кто-то хочет в сторонке постоять и умный вид поделать, кто-то хочет на этом заработать, кто-то хочет оспорить это всё. Какие предлагают концепции? Первая исходит из того, что теологи будут рулить. Есть Светлана Николаевна Оводова, она создала лабораторию социальных и институциональных исследований, которая входит в Научно-образовательный центр. 

Светлана Николаевна была бы достаточно интересной фигурой, она магистр социологии, конечно, кандидатская и докторская у неё по философии, но она могла бы выступать в роли неформального лидера направления

Второй проект продвигает кафедра. Есть доктор социологических наук, Людмила Александровна Кудринская из ОмГТУ, очень крутой социолог, много лет работала на «Полете», проводила опросы. Она понимает, что такое социология, хочет сохранить задел Ирины Анатольевны, и я считаю, она должна в этом участвовать. 

Третья концепция связана с экономическим факультетом. Эта концепция говорит о том, что направление должно реализовываться силами не одного факультета, а разных, проекты должны быть совместные. Этот вариант является доминирующим и не противоречит первому и второму. Вот такие экспертные мнения.

У меня есть студенты, есть выпускники, и вот их мнение — это как мнение пацана с булочкой, это конечный получатель

Как меняется социология?

— Мы имеем большие данные и можем посмотреть картинку высокой чёткости, видим, как трансформируется наука, построенная на данных. Вещи, на которые раньше требовалось очень много ресурсов, сейчас делаются очень быстро. Например, раньше мне надо было разрабатывать инструментарий, думать, какие индикаторы будут. Что такое анкета? Анкета — это индикаторы и шкалы. Мы же не подойдем просто к бабушке и не спросим: «Бабусь, как ты относишься к этому институту?». Мы должны спрашивать через косвенные индикаторы, задать понятный бабушке вопрос и чтоб по этой шкале мы могли потом соизмерить как связано отношение бабушки по этим индикаторам с её возрастом, размером её пенсии и т.д. Это огромная работа. 

Что я сейчас делаю? Первая кнопка — парсинг данных, зачем мне кого-то опрашивать? За меня всё соберут боты. Потом скачали файлик, но его анализировать невозможно, куча мусора. Нажимаем другую кнопку, и сразу видно, какие метрики важны, какие критерии. Искусственный интеллект и алгоритмы всё сделали за меня. Вот это будущее

Если раньше мы хотели провести реформу, то надо было узнать, как население это воспримет. Тратились миллионы на опросы. Сейчас можно в интернете где-то вбросить всё, чтобы люди проголосовали на форумах, вот тебе и общественное мнение. Выгрузил, проанализировал, и на этом можно строить доказательную государственную политику. Потом применяется имитационное моделирование, потому что на маленьких выборках большие проще производить. Тут уже совершенно другой подход. 

Социология всегда из данных исходила, её не устраивают обобщения и допущения, которыми пользуются экономисты. Машинное обучение и IT — это здорово, но это может привести к тому же, к чему привела система генерального планирования в советские времена, и появится новый манифест какой-нибудь. Социология на сегодняшний момент валидизирует процессы и выводы, которые предлагает нам наука о данных

А как меняется общество? 

— Мы возвращаемся к людям, к земле. Важны люди и их взаимодействие. Социология в Омске и в России будет жива, покуда есть люди. Люди, которые не про бабло, не про статус, а те, кто занимаются делом, и это дело не надуманное. Я знаю, что социология не надуманная, потому что возникают люди такого призвания, такого мышления. Знаешь, как я понял, что хочу защититься по социологии? Я же по экономике хотел защититься, ведь думал, что качество еды не может попасть в социологию. Я поехал на конференцию в Новосибирский технический университет, и на пленарке в первый день выступали все академики, рассказывали, как буровые развиваются, это же интересно, но рассказывали скучно. В гостинице вечером думаю, что сделать, тема-то сложная, я ведь тоже буду рассказывать про государственные стандарты, технические условия, законы технического регулирования еды. Придёт пацан молодой, будет меня слушать и скажет: «Зачем ты нудишь? Не буду никогда этим заниматься». В итоге в день выступления я беру и рисую котика. 

Вот есть котик, котик съел колбаску, у котика болит животик, видимо с колбаской что-то не то, давайте выяснять. И вот у меня такое путешествие, я сложнейшую конструкцию, связанную с качеством еды, воплотил в историю котика. 

Начал я выступать, а там бабки грозные сидели, я выступил, а они давай вопросы мне задавать. А потом оказалось, что председатель этой секции Земфира Ивановна Калугина, соратница Татьяны Ивановны Заславской, автора всемирно известного Новосибирского манифеста. И она говорит: «Приезжай к нам защищаться!». И вот так я защитился по социологии. А до этого я ходил по разным советам по экономике, слушал нудятину и не понимал, куда мне. В итоге социологи мне сказали, что я их клиент. 

Я понял, что такое социология только после того, как защитил диссертацию, понял, что всё разнообразие, которым я занимаюсь, – это и есть социология. Социология — это про подход!

 

Текст: Алексей Ремыга

Фото: Александр Румянцев

 

Читайте также:

 

  

Поделиться:
Появилась идея для новости? Поделись ею!

Нажимая кнопку "Отправить", Вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности сайта.